ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ И АФТЕРШОКИ

4-й Чемпионат Европы глазами мелкого функционера

22-23 сентября 2012 года в столице солнечной Армении Ереване состоялся очередной чемпионат Европы по каратэ Кёкусин Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан…
Уже четвертый по счету, проводимый с твердо установленной периодичностью раз в два года регулярный чемпионат Европы нашей организации… Это само по себе здорово! Значит, живет Международная организация каратэ-до Кёкусин-кан, дышит, пульс нормальный.
Более того – развивается! За десять лет (а в будущем году Кёкусин-кан празднует свой первый юбилей!) сделано немало! Достаточно сказать, что, стартовав с нулевой отметки, сегодня Международная организация каратэ-до Кёкусин-кан – одна из крупнейших организаций Кёкусин в мире (объединяет более 60 стран), имеющая полный цикл национальных, континентальных и мировых турниров.
Сомнений нет: Кёкусин-кан растет.
Но рост этот, как это часто бывает, не обходится без болезней роста, так как одни «органы» развиваются быстрее, а другие не поспевают. Вот об этих болезнях и пойдет, прежде всего, речь в данной статье, поскольку прошедший 4-й Чемпионат Европы Кёкусин-кан высветил их целую кучу.
Это, конечно, не означает, что я не буду говорить о выступлениях спортсменов, о победителях и призерах. Нет, разговор о них, конечно же, будет! Тем более, что наша сборная выступила на Чемпионате блестяще! Нам есть чем и кем гордиться!
Но мне хотелось бы с самого начала напомнить читателям этой статьи тот очевидный факт, что каждый участник Чемпионата и его наблюдатель воспринимает происходящее со своей позиции и под своим углом зрения. И я вовсе не исключение, а потому заведомо не могу написать такой очерк, который бы удовлетворил всех.
В общем, простите мне сразу мою субъективность! И примите во вниманию мою позицию в зале – позицию мелкого функционера Федерации Кёкусин-кан каратэ-до России, переводчика основополагающих документов Международной организации, который на протяжении нескольких последних месяцев принимал участие в разработкой правил судейства и организации соревнований Всемирного союза Киокусин. И, конечно же, позицию болельщика сборной команды российского «кана», для которого свои всё равно всегда будут лучше, как бы ни были хороши чужие.

О правилах, судействе и землетрясении

Лейтмотив всей моей недавней работы по правилам соревнований были стремление обеспечить выявление действительно сильнейших спортсменов на соревнованиях Всемирного союза Киокусин, минимизировав роль субъективного фактора в судействе, и гарантировать проведение соревнований на уровне признанного олимпийского вида спорта, ведь именно олимпийское признание каратэ Кёкусин и является главной целью Всемирного союза Киокусин.
Наблюдая за 4-м Чемпионатом Европы именно с этих позиций, я порой впадал в шоковое состояние от того, чему был свидетелем. На моих глазах разворачивалась яростная битва титанов, которые своим могучим топотом спровоцировали жуткое землетрясение. Землетрясение – способное разрушить до основания весь тот пока еще хрупкий фундамент, который еще только пытается выстроить руководство Всемирного союза Киокусин.
Организаторы турнира явно переоценили свои возможности и оказались не в состоянии совладать со стихиями. Такой неразберихи, неорганизованности при совершенно невероятном – на грани истерики – накале страстей мне давно не приходилось видеть.
Одно спорное решение за другим… Конфликт за конфликтом… Важнейших документов на судейских столах нет… Секретариат и персонал не справляются со своими функциями… Парад не предусмотрен, а о построении на награждение, похоже, никто и не думал… Всё решается вдруг, и, даже стоя рядом со столом главного судьи, не успеваешь уследить за всеми новыми и далеко не тривиальными, прогнозируемыми решениями организаторов…
Однако я весьма далек от мысли переложить всю вину за все проблемы чемпионата Европы на принимающую организацию – Федерацию Кёкусин-кан каратэ-до Армении.
Я убежден, что ее президент – давний друг нашей Федерации Андраник Акопян и его товарищи пытались сделать всё возможное, чтобы всё прошло без сучка и задоринки, проявили действительно кавказское гостеприимство и товарищество.
Думаю, что нашим коллегам просто не хватило опыта, осмысления компонентов подготовки чемпионата такого уровня и элементарных человеческих ресурсов. И убеждает меня в этом то обстоятельство, что практически те же проблемы в организации я совсем недавно наблюдал на 2-м Чемпионате Азии, проходившем в Южной Корее.
Мне кажется, что мы имеем здесь дело с системной ошибкой, ответственность за которую если не в большей, то в не меньшей степени, нежели на организации стран, принимающих такие престижные турниры как чемпионаты Европы и Азии, ложится на персонал Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан, который обязан оказывать всемерную помощь организаторам таких турниров и контролировать всю их подготовительную работу.
По образцу и примеру таких крупнейших международных организаций, как Международная федерация дзюдо (ровно 200 стран и территорий мира… ) или Всемирная федерация каратэ, секретариату Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан давно следовало бы разработать такой основополагающий документ, как «Правила организации и проведения международных соревнований Кёкусин-кан», и регламентировать в нем все основные вопросы организации и проведения континентальных и мировых чемпионатов, по возможности, оговорив всё, вплоть до количества ручек на столе у главного судьи!
Хватит каждый раз изобретать один и тот же велосипед! Это занимает слишком много времени и сил, отвлекая от решения принципиальных задач. Нужно один раз четко изложить, какую ответственность берет на себя принимающая организация, сколько персонала ей необходимо задействовать на разных направлениях, какие материалы приготовить и т.д. и т.п. Нужно составить проверочные листы по всем группам вопросов, чтобы организаторы в любой момент могли проконтролировать свою готовность. Это совершенно необходимо, чтобы никогда больше не повторялись на самых престижных турнирах ситуации, когда на судейском столе нет даже официальных правил соревнований, а у хронометриста нет гонга или другого устройства подачи звукового сигнала или секундомера (напомню, что секундомера не оказалось в 2006 году у секундометриста финала чемпионата Европы по Кёкусин-кан в Киеве)!
Именно международный секретариат обязан разработать и добиться повсеместного использования стандартного комплекта документов (которые должны быть предоставлены всем организациям в электронном виде на одном общепонятном языке, скорее всего, на английском) для обслуживания континентальных и мировых чемпионатов: пуль со всеми необходимыми для нормальной работы секретариата и судей-информаторов информационными полями, протоколов взвешивания, выступлений по кумитэ и ката и т.д. Не допустимо, чтобы запись баллов, выставленных судьями за выступление в ката, велась не в официальных протоколах, а на простых бумажках (так было в Ереване), или чтобы суммы баллов подсчитывались на мобильных телефонах в экстренном порядке привлеченными с трибуны болельщицами (так было в Сеуле)!
Международный секретариат обязан, наконец, начать заблаговременно формировать международный календарь по рассмотренным и утвержденным заявкам и своевременно информировать о предстоящих турнирах все страны – участницы нашей организации!
Здесь, правда, есть одна «проблемка»… К сожалению, наша международная организация всё никак не обзаведется этим самым международным секретариатом. И, наверное, начинать наводить порядок следует именно отсюда.
2-й чемпионат Азии в Южной Корее и 4-й Чемпионат Европы в Армении ярко продемонстрировали, что серьезнейшей проблемой в нашей организации продолжает оставаться проблема судейства.
Эта проблема имеет много аспектов. Первый – несовершенство действующих правил Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан, в которых имеется множество лакун, вопросов, переданных в исключительную компетенцию высших руководителей организации или смутно упомянутого, но непонятно по каким критериям и из кого составляемого «консультативного комитета».
Многие из этих лакун высветил прошедший чемпионат Европы. В значительной степени именно из-за них в чрезвычайно сложном положении оказался главный судья соревнований Евгений Прохоров, которому, несмотря на возможность консультироваться с коллегами, пришлось единолично принимать решения по очень острым конфликтным ситуациям, имеющим не только спортивную, но даже и политическую составляющую. Принимать решения, подчеркиваю, испытывая колоссальный прессинг со стороны и организаторов, и представителей команд, и даже спортсменов, которые имели возможность свободно проходить к судейскому столу (что является совершенно недопустимым нарушением регламента и грубой ошибкой организаторов).
Именно так развернулась ситуация вокруг боя в категории до 80 кг у мужчин, в котором встречались представитель нашей сборной Сайпудин Джаватханов и боец российской сборной IFK Алексей Межевцов.
После основного времени поединка все судью показали ничью. В первом продлении ход боя радикальных изменений не претерпел, лишь один судья отдал предпочтение Межевцову. Далее исход боя решали весы, которые показали, что Межевцов весит на 6 кг больше, чем Джаватханов, после чего, в соответствии с правилами, судейская бригада отдала победу нашему спортсмену.
Однако за этим последовал официальный протест на решения судейской бригады со стороны представителя команды IFK, который указывал, что судьи проявили необъективность, не оценивая нарушения правил со стороны Джаватханова. В этой ситуации главный судья после обсуждения с судьями и представителями команды Федерации Кёкусин-кан каратэ-до России, принял решение протест удовлетворить, аннулировав ранее объявленный результат встречи и назначив еще одно дополнительное время.
В те минуты, пока шло обсуждение ситуации, Евгений Прохоров подвергся колоссальному прессингу. С одной стороны – давление представителя IFK и мысли о том, что организаторы чемпионата Европы Кёкусин-кан не имеют права повредить развивающемуся сотрудничеству между нашими организациями в рамках Всемирного Союза Киокусин. С другой – жесткие возражения со стороны представителей команды Федерации Кёкусин-кан каратэ-до России. С третьей – «зудение» представителя Японии, твердящего, что «кантё Рояма никто бы не позволил перебоя».
В принципе, Евгений Юрьевич имел все основания отказать в приеме протеста к рассмотрению, так как в правилах Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан порядок подачи и рассмотрения протестов, а также принятия решений по ним не предусмотрен. Да и сам протест упоминается в тексте правил всего один раз: «Консультативный комитет (что такое, как уже говорилось выше, совершенно непонятно – А. Г.)… консультирует (? – А. Г.) судей в случае подачи протеста на решение судейской бригады или возникновения в ходе соревнований ситуаций, разрешение которых в правилах четко не определено; при этом право окончательного решения принадлежит главе консультативного совета (синги иинтё) и верховному судье (сайко симпантё)».
Однако Прохоров принял решение апелляцию удовлетворить. При этом, как позже пояснил Евгений Юрьевич, решающую роль сыграло то, что, по его собственному мнению, Джаватханов вел бой с нарушением правил, а судьи, действительно, не наказывали его за нарушение (вход без ударов, толчки). Во время взвешивания Прохоров даже подошел к Сайпудину и сказал ему, что если он будет продолжать бой в прежнем стиле, судьи накажут его.
Назначение – в нарушение правил и регламента – еще одного дополнительного времени возмутило команду Федерации Кёкусин-кан каратэ-до России, а Сайпудин Джаватханов попросту отказался выйти на перебой. В результате победа досталась Межевцову, а обстановка в зале накалилась до предела.
Если говорить о моем личном мнении, то я считаю, что Прохоров был не прав, принимая решение о перебое. Если Джаватханов нарушал правила, а судьи не регистрировали нарушений с его стороны, то главному судье следовало бы остановить поединок и сделать замечание не Джаватханову, а судейской бригаде, может быть даже заменить ее (хотя в силу причин, о которых речь будет далее, это было бы почти невозможно), и не во время взвешивания, которое может автоматически определить победителя, а во время боя. Это лишило бы наших партнеров из IFK оснований подавать протест и позволило бы выявить победителя встречи в соответствии с правилами. А так получилось, что судейская бригада, допустившая, по мнению главного судьи, необъективность, наказана не была, и отдуваться за ее упущение было предложено персонально Джаватханову, который все силы отдал в борьбе с соперником, весящим на целых 6 кг больше.
При этом я вовсе не собираюсь реабилитировать Сайпудина, отказавшегося выйти на продолжение боя. Даже если решение судей было несправедливо к нему, он не имел права забыть о том, что сражается не только за себя лично, но в первую очередь за ту страну, членом сборной которой является. К сожалению, этот момент часто упускается из вида. А это значит, что Федерации следует активизировать воспитательную работу.
Впрочем, легко рассуждать, глядя со стороны и не будучи обязанным в острой ситуации принимать решение лично и к тому же срочно – до начала следующего круга. Думаю, что Евгений Юрьевич взвесил все за и против и в тот конкретный момент времени принял то решение, которое ему подсказала его совесть. Поэтому я не считаю себя вправе предъявлять ему какие-либо претензии. Более того. Я убежден, что только твердая принципиальность Евгения Юрьевича и его опыт и авторитет позволили сохранить контроль за ситуацией в зале и не привести к конфликту еще большего масштаба.
Одновременно я считаю себя в праве задать вопросы о том, нельзя ли в правилах внятно прописать процедуру рассмотрения протестов и принятия решений по ним? Нельзя ли предусмотреть должность судьи-наблюдателя за матчем (как это предусмотрено правилами Всемирной федерации каратэ), чтобы впредь ни Евгению Юрьевичу, ни кому-либо другому не приходилось брать на себя личную ответственность за исход поединков, турниров, а порой и спортивную судьбу талантливых спортсменов?
Другая спорная ситуация возникла во время тамэсивари.
Приготовленные организаторами доски оказались очень сырыми. Японский судья Юскэ Фудзии, как мог, перебрал их, отбраковал совершенно непригодные и оставил те, что были посуше. Началось разбивание. Так как стоек организаторы заготовили всего восемь, разбивание проводилось группами по четыре человека, по причине чего главный судья в целях экономии времени принял решение проводить тест без смены позиции после каждого упражнения. И так получилось, что все сильнейшие представители команды IFK проводили разбивание именно на четвертой позиции, которую обслуживал в качестве судьи представитель той же команды Дмитрий Савельев. Возможно, именно поэтому практически все разбивания на четвертой позиции проходили успешно, тогда как на других позициях бойцы раз за разом срывали первую попытку. Более того, двое вполне квалифицированных спортсменов, каждый в одном упражнении, не смогли справиться даже с обязательным минимумом!
Я не собираюсь обвинять Дмитрия Савельева в том, что он на глазах у всего зала и на глазах у секундантов соперников специально подбирал доски с трещинами, чтобы обеспечить успех товарищам по команде. Но я хочу указать на очевидные нарушения правил соревнований при проведении тамэсивари.
Во-первых, изначально не было соблюдено требование правил об использовании «досок, отвечающих стандарту Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан». Хотя этот самый «стандарт Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан» нигде и никем до сих пор не описан (!), но, все-таки, является общепризнанным правилом использование досок только определенной просушки.
Во-вторых, было нарушено важнейшее правило всех нормальных соревнований, согласно которому участники должны выступать на равных условиях.
Прежде всего, я убежден, что отбор досок посуше на ощупь никак не может гарантировать того, что всем участникам достанутся доски одинаковой сухости.
И, самое главное: есть большая разница между просто нейтральным выбором ровной доски для разбивания и таким придирчивым отбором, которому подвергал доски Дмитрий Савельев, перевесивший в руках все доски на своей позиции и отобравший самые легкие и сухие. Очень показательно, что, как только Савельев был заменен, спортсмены IFK на его позиции стали разбивать доски так же нестабильно, как и на других позициях. Так, многоопытнейший Алексей Горохов сорвал первые попытки в трех упражнениях из четырех.
Здесь, правда, возникает вопрос: а должен ли был Савельев поступать по-другому? Честно говоря, думаю, что всякий здравомыслящий «свой» судья на его позиции поступал бы точно так же, и что нет у нас никаких оснований обвинять Дмитрия в каком-то злоупотреблении. Однако в такой ситуации у конкурировавшей с командой IFK команды Федерации Кёкусин-кан каратэ-до России были все основания заявить протест и настоять на том, чтобы этот протест был удовлетворен. Мне кажется, что во избежание протестов по подобным поводам впредь нужно обеспечить твердое соблюдение общеизвестного и давным-давно в разных видах спорта опробованного правила, по которому судья не может судить спортсмена своей страны.
С Дмитрием Савельевым связан и еще один казус, произошедший во время тамэсивари.
Один из спортсменов разбил все доски, но половинки одной из досок остались связанными пучком волокон.
Засчитывать или не засчитывать такое разбивание? Где грань между только треснувшей доской и доской, разделившейся на связанные волокнами половинки?
Для разрешения вопроса пришлось звонить в Японию и консультироваться у главного авторитета – фукукантё Хиросигэ. Вердикт последнего гласил: «Если доски сыроваты, то можно засчитать успешное разбивание».
Мне кажется, что такой вердикт, вынесенный по телефону (!), уж очень субъективен. А насколько «сыроваты» должны быть доски, чтобы засчитать такое разбивание как успешное? Как определить, достаточно ли они «сыроватые» на ощупь?
Думаю, что однозначный ответ на такой вопрос дать невозможно.
Хотя, нет! Можно! Просто нельзя допускать несоответствия досок требованиям, которые должны быть четко прописаны! Ведь от результатов тамэсивари зависит судьба медалей, так как при прочих равных после всех предусмотренных продлений исход поединка определяется в первую очередь именно по преимуществу в числе разбитых досок.
Подобные проблемы возникали на фоне явно недостаточного числа судей, которым пришлось работать в очень тяжелых условиях, испытывая огромные перегрузки и не имея возможности даже нормально передохнуть (организаторы, к сожалению, не позаботились не только об обедах для судей, но даже и об элементарных кофе, шоколаде и даже стульях в таком количестве, чтобы все свободные судьи могли присесть).
Судейство соревнований по кумитэ, проходивших на двух татами одновременно, обслуживали всего три бригады. Причем для того, чтобы получить хотя бы такой состав, главному судье Чемпионата Евгению Прохорову пришлось пойти на беспрецедентный шаг: дать указание провести турнир по ката в самом начале и по окончании его задействовать в судействе спортсменов-катистов, имеющих опыт судейства соревнований по кумитэ.
При этом даже в этих всего лишь трех чудом составленных бригадах не все судьи имели, на мой взгляд, достаточный опыт судейства для обслуживания такого турнира, не говоря уже о необходимом доскональном знании действующих правил Кёкусин-кан. Прибавьте сюда, что бригады были вынуждены в условиях очень душного зала проводить до 30 боев подряд (!), и вам станет ясно, что судейские ошибки были практически неизбежны.
Приведу характерные примеры.
В поединке в категории до 70 кг в бою за «бронзу» встретились представитель Федерации Кёкусин-кан России Артем Соловьев и представитель Федерации Кёкусинкай России Адлан Салтыханов. После вынесения решения о наказании Салтыханова вторым официальным замечанием (тюи ни) и о начислении ему проигрышного штрафного очка (гэнтэн ити) было собрано судейское совещание, в котором пришлось на правах переводчика участвовать и мне (рефери на татами был представитель Японии Юскэ Фудзии). В ходе совещания двое угловых судей высказались за то, что в бою выигрывает Салтыханов, и стали протестовать против начисления только ему проигрышного штрафного очка (гэнтэн ити), настаивая на том, что нарушали правила оба спортсмена, и что они оба должны быть наказаны. На это рефери вполне резонно сказал, что он тоже считает, что бой выигрывает Салтыханов, и что Соловьев должен быть наказан наравне с Салтыхановым, но не может этого сделать.
Дело в том, что о нарушении со стороны Салтыханова сигнализировали двое угловых судей, и рефери, добавив свой голос, объявил ему второе официальное замечание (тюи ни) и начислил ему проигрышное штрафное очко (гэнтэн ити), а о нарушении со стороны Соловьева сигнализировал только один угловой судья, и он, рефери, добавив свой голос, не имел возможности объявить Соловьеву второе официальное замечание (тюи ни).
Как ни странно, это объяснение, данное в полном соответствии с правилами, судей не удовлетворило, и рефери оставалось только развести руками и сказать: «Так что же вы не свистели и не махали флажками?!»
Трудно представить себе более парадоксальную ситуацию: вся судейская бригада считает победителем Салтыханова, но своими собственными решениями по ходу поединка саму себя вынуждает отдать победу его сопернику! И стоит ли говорить, что объявление судейского решения после этого поединка вызвало бурю эмоций со стороны болельщиков Салтыханова, беготню вокруг стола главного судьи, разговоры на повышенных тонах? А ведь этого наверняка можно было бы избежать, если бы в бригаде были более опытные судьи.
В другом эпизоде судейская бригада, в которой рефери был Юскэ Фудзии, вместе с секретариатом допустила ошибку в определении победителя в поединке по результатам взвешивания.
В этом поединке встречались боец нашей сборной Андемир Коготыжев и боец сборной команды IFK Александр Рафиков. Бой был абсолютно равным, и дело дошло до взвешивания. Весы показали, что Андемир Коготыжев весит 90 кг 600 граммов, а Александр Рафиков – 87 кг. Таким образом, была зафиксирована разница в весе более 3 кг, и победа отдана Рафикову.
Однако и судьи, и секретариат упустили из вида то положение правил Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан, которое гласит: «Если вес участника ниже нижнего лимита, установленного для данной весовой категории, то вес данного участника считается равным нижнему весовому лимиту данной весовой категории». В силу этого положения вес Рафикова, выступающего в категории свыше 90 кг, должен был быть приравненным к 90 кг, и тогда необходимой для определения победителя разницы в весе не было.
Не к чести нашего судейства, о правиле этом вспомнили только через несколько боев. Было назначено еще одно дополнительное время, по итогам которого судьи тремя голосами против двух отдали победу Коготыжеву.
Ничуть не лучше обстояло дело с судейством соревнований по ката. Организаторам едва удалось составить одну-единственную бригаду для судейства ката. При этом для троих из вошедших в нее судей это был, кажется, первый опыт судейства крупных международных соревнований. Это нашло прямое выражение в разбросе оценок, который отражал не только разный уровень требовательности судей, но и, к сожалению, разное понимание ими стандартов выполнения ката. К счастью для нас, это не повлекло за собой «медальной революции», хотя не обошлось и без неожиданностей.
Завершая разговор о проблемах судейства, хочу выразить свое твердое убеждение в том, что такая ситуация не может быть терпима и требует скорейшего исправления.
Нужны решительные меры со стороны Международной организации, которая должна, наконец, создать международную судейскую коллегию, первоочередными задачами которой должны стать совершенствование действующих правил соревнований Кёкусин-кан и проведение в срочном порядке международного лицензирования судей.
Такое лицензирование, по моему мнению, должно проводиться по итогам специального судейского семинара и сдачи теоретических и практических экзаменов. Подобный аттестационный судейский семинар может быть проведен как в японском хомбу, так и по зональному принципу. Например, для стран СНГ он может быть проведен в Москве, скажем, накануне Международного детско-юношеского турнира, который состоится в декабре этого года. Для стран Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии семинар может быть проведен в Японии и т.д. Естественно, что все расходы на командирование судей должны ложиться на командирующие организации.
Одновременно, президент Международной организации должен издать приказ о том, что к судейству международных соревнований по Кёкусин-кан – континентальных чемпионатов и первенств, чемпионатов и первенств мира и других – судьи, не имеющие международных лицензий Кёкусин-кан, допускаться не должны!
И, может быть, стоит написать еще  в этом же или в другом приказе и то, что к участию в чемпионате мира могут быть допущены только команды, принявшие участие в континентальном чемпионате. В конце концов, чемпионат мира – не турнир дворовых команд, и на него должен быть строгий отбор.
Возможно, подобные предложения кому-то покажутся на сегодняшний день нереалистическими. Но лично мне кажется, что без скорейшего выправления ситуации в судействе, Кёкусин-кан не может рассчитывать на дальнейший рост. Напротив, мы рискуем растерять талантливых спортсменов, которые, натерпевшись судейского произвола или судейских ошибок, будут порывать с нашей организацией или даже с нашим видом каратэ.
Мне кажется, что сегодня очень важно понять, что судьи – не менее важные участники турниров, чем сами спортсмены, ибо только при условии объективного судейства спортсмены способны продемонстрировать свои настоящие возможности. Только при качественном судействе может быть выявлен тот из них, кто на сегодняшний день является сильнейшим.
Нужно исправлять ситуацию, когда командировки судей оплачиваются по остаточному принципу, когда о судьях вообще вспоминают в последнюю очередь, и когда в судейское кресло устраивают того, кто смог приехать на турнир за свой счет, а не того, кто должен бы в нем сидеть по опыту и квалификации.
Убежден, что судить главнейшие турниры должны только лицензированные судьи и к тому же специально отобранные и вызванные судейской коллегией на данный турнир.
Думаю, что было бы целесообразно ввести специальные целевые взносы национальных организаций и создать специальный фонд, из которого и финансировать (хотя бы частично) проезд судей к месту проведения соревнований и их проживание. В этом случае можно будет обеспечить участие в судействе даже беднейших организаций, так как состав бригад будут определять квалификация и опыт, а не состояние финансов. Это особенно важно, так как дальнейший рост Кёкусин-кан требует неукоснительного соблюдения правила: судья не может судить спортсмена из своей страны.
Убежден, что в решении всех этих проблем исключительная роль принадлежит России. Именно наша организация развивается наиболее динамично и обладает специалистами наиболее высокой квалификации, большим опытом организации и проведения соревнований. И именно наша организация способна дать новый импульс развитию Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан и преодолеть инертность наших японских коллег.
В отношении последней исключительно показателен разговор, который состоялся у автора этих строк с сиханом Окадзаки Хирото на 2-м чемпионате Азии.
Как бы оправдываясь за то, что соревнования по ката в каждый момент времени обслуживали минимум трое японских судей (которые, действуя согласованно, имели все возможности «сплавлять» конкурентов японских катистов), сихан Окадзаки сказал мне, что на предстоящем в будущем году чемпионате мира по ката будет необходимо обеспечить участие в судействе представителей разных стран, так, чтобы в идеале бригада из пяти судей включала представителей пяти стран. Однако сразу после этого сихан посетовал на то, что по своей квалификации судьи большинства стран сильно отстают от японских и российских судей. А затем еще пересказал историю о судействе соревнований по дзюдо на только что завершившейся олимпиаде в Лондоне, где, якобы, некий неквалифицированный иностранный судья не засчитал бросок квалифицированного японского дзюдоиста по той причине, что он не знал примененного японцем приема. От этого сихан плавно вернулся к проблеме квалификации большинства иностранных судей, сказал, что до чемпионата мира остается всего какой-то год, за который, конечно, ситуацию исправить нереально. А потому, может быть, на предстоящих соревнованиях лучше доверить судейство более квалифицированным – уж не японским ли? – судьям…
И вот тут уже я «сделал стойку». Дело в том, что абсолютно то же самое говорилось мне еще три года в Будапеште в дни 2-го чемпионата мира! Однако за минувшие три года, несмотря на постоянные предложения России, делавшиеся при каждой встрече с сиханами Окадзаки, Канэко, Исидзима, Кояма и проч., с кантё Рояма и фукукантё Хиросигэ, и каждый раз получавшие одобрение, наши японские сэнсэи так и не собрались организовать действительно эффективный судейский аттестационный семинар и не ввели систему международных судейских лицензий…
Тем не менее, я думаю, что, если Россия употребит все свои возможности, она сможет убедить наших сэнсэев пересмотреть свою позицию и принять надлежащие меры для разрешения накопившихся проблем.

Кумитэ

В соревнованиях по кумитэ вполне предсказуемо в очередной раз в борьбе за медали сошлись две российские команды – команда Кёкусин-кан и команда IFK. Ощутимую конкуренцию им составили болгарские спортсмены (как мужчины, так и женщины), а у девушек – еще и казашки.
Россияне на сегодняшний день по своему классу на голову превосходят соперников. Однако даже в предварительных поединках, где россияне встречались с представителями других стран, поединков, выигранных с оценкой иппон, было немного. Серьезными бойцами показали себя грузины, армяне, иранцы. И пусть простят меня те, кого я не назвал, ибо так получилось только потому, что не всё я имел возможность увидеть, и не всё запомнил.
В легком весе блистал Руслан Ильясов, хотя и ему пришлось не легко. Хороший бой дал Руслану уже в самой первой встрече боец грузинской команды Андрей Зинченко. Правда, сам Руслан сказал мне, что, заработав вадзаари, решил просто поберечь силы и не разбиваться, а потому и создалось впечатление, что Зинченко ведет бой. Пройдя болгарина Петрова и талантливого бойца команды IFK Адлана Салтыханова, в финале Ильясов уже в основное время четырьмя голосами одолел лидера команды IFK Дмитрия Стародубцева. Бесспорное «золото» этого чемпионата. И это не конец: друзья Руслана по команде обещают, что он возьмет еще и «золото» мира!
Неплохо выступил и другой наш легковес – Артем Соловьев. Одолев в первых двух встречах сильного болгарина Ивана Команова (по решению после последнего продления) и опытного грузина Михаила Циклаури (тоже по решению), Артем дал хороший бой Дмитрию Стародубцеву, уступив решением только после второго продления. Во встрече за 3-е место Артем одержал победу по тому самому решению судей, которое удивило их самих (смотри выше).
Драматически развивались события в категории до 80 кг. В верхней части пули выступал наш Эмиль Джафаров. Выступал изначально с тяжелой травмой плечевого сустава, полученной на предтурнирных сборах. Тем не менее, в первом своем бою Эмиль блестящим усиро-гэри заработал победную оценку иппон, во втором – выиграл по взвешиванию. К сожалению, в полуфинале Джафарова хватило только на основное время. В первом продлении он почувствовал сильнейшую боль в правом плече и практически перестал работать правой рукой. В итоге – победа бойца IFK Игоря Ряднова по решению судей (4:0). На поединок за 3-е место Эмиль даже не вышел, будучи снят врачом.
Сайпудин Джаватханов по весу выиграл первый свой бой с сильным грузином Леваном Цинцадзе. Второй бой у него был с Алексеем Межевцовым, и об обстоятельствах его я писал выше. После того, как обиженный Сайпу отказался выйти на перебой, он из борьбы выбыл…
Та злость, обида на несправедливость, которую пробудило в наших дагестанцах решение главного судьи о перебое Межевцова и Джаватханова, выплеснулась в поединках с участием нашего сильнейшего средневеса Шамсудина Абдурашидова. Наш дорогой Шамсик и так подошел к чемпионату в хорошей форме. Первый свой бой он выиграл по сумме двух вадзаари, во втором одолел грузинского бойца Серго Киракосяна. В третьем поединке Абдурашидов сошелся с обидчиком своего друга Сайпу – Алексеем Межевцовым.
Этот принципиальный ожесточенный бой, по мнению многих, стал лучшим украшением турнира. Оба участника его проявили бескомпромиссность, стремление к победе нокаутом. В первое время бой был очень равный, может быть, с некоторым преимуществом Межевцова. Однако в продлении Шамсудин переломил ход боя, начал опережать соперника, который начал «фолить», заработал замечание тюи ити (которое, по правилам Кёкусин-кан, учитывается при вынесении решения после продления), и в итоге уже после первого продления трое судей отдали победу Абдурашидову.
Однако такая победа – по решению судей – явно не могла насытить Шамсика. Кажется, он, как никогда, жаждал отмщения и крови. В финале мощнейшим усиро-гэри в низ живота он отправил в нокаут обидчика Эмиля Джафарова – Игоря Ряднова, расставив все точки над «i» в этой категории.
Ух! Такого «голодного» Шамсика давненько не приходилось видеть на татами! Рано! Рано еще ему покидать татами!
В весовой категории до 90 кг наша мужская сборная понесла потерю ранее всего: в первом же бою Владимир Бутенко умудрился за удары руками в голову заработать проигрышное штрафное очко, удалившись из турнирной сетки сам и расчистив дорогу нашему главному сопернику в этой категории – сильнейшему бойцу IFK и любимцу армянской публики Арсену Хачатряну, который в итоге дошел до полуфинала без единого боя. Первого боя у него не было ввиду неявки соперника, а второго – ввиду того, что грузин Гиорги Гулисашвили, после пропущенных от Бутенко ударов, не смог продолжать участие в чемпионате.
Пока внизу пули Арсен Хачатрян проходил в полуфинал без боев, вверху ее наш Магомед Мицаев прокладывал себе дорогу потом, одержав трудовые победы над иранцем и грузином.
В полуфинале Магу ждал ожесточеннейший бой с лидером болгарской сборной Александром Комановым, чемпионом мира в дисциплине Синкэн сёбу. Обладающий блестящей техникой и хорошей функциональной готовностью, Команов является опаснейшим соперником, хорошо знающим к тому же по совместным тренировкам и прежним встречам наших ребят. Несколько раз он опасно выстреливал маваси-гэри в голову Мицаева. В этом бою Магомеду пришлось отдать буквально все силы, чтобы убедить неуступчивых судей в своем преимуществе (которое, на мой взгляд, было достаточно заметным). В итоге только тремя голосами и только после второго дополнительного времени жесточайшей рубки судьи отдали победу Магомеду Мицаеву, хотя, на мой взгляд, могли сделать это раньше.
Удивительным на этом фоне показалось мне решение судей отдать победу во встрече Хачатрян – Косумов Хачатряну уже после основного времени. Не увидел я ничего такого в действиях Арсена, что могло бы оправдать столь поспешное решение. Да, Арсен был разнообразнее, больше попадал, но ущерб от его действий был не заметен. Уверен, что судьи проявили совершенно неоправданную поспешность. Тем более, что противостоял Арсену Сулиман Косумов, известный «медленным зажиганием» и невероятной стойкостью, выносливостью и упорством.
Не думаю, что это было проделано сознательно, но так уж случилось, что один финалист – наш Магомед Мицаев – уходил с площадки совершенно измотанным, а другой – Арсен Хачатрян – едва вспотевшим.
Итогом стал совсем не тот финал, на который мы все рассчитывали: полностью измочаленный и травмированный Магомед Мицаев, хотя ближе к концу основного времени и выровнял встречу, но в начале его нахватал весьма чувствительных ударов Арсена Хачатряна и, конечно, проиграл бой.
С другой стороны, оставшийся свежим Сулиман Косумов уже после первого дополнительного времени четырьмя голосами отобрал «бронзу» у измотанного Команова…
Глядя на эти поединки, лично я не мог не подумать, что при иной пуле итоговый расклад мог бы оказаться совсем иным, и что всё в этом спорте относительно…
В категории свыше 90 кг события развивались неприятно для нас. Сначала Андрей Видюлин, явно, чересчур позаботившийся о сбережении своих богатырских сил на будущее, умудрился проиграть по весу болгарину Йордану Яневу. Потом Андемир Коготыжев по судейской ошибке проиграл бойцу IFK Александру Рафикову (смотри выше)…
К счастью, несколько позже ситуация начала выправляться. Вдруг вспомнилось правило Кёкусин-кан о нижней границе весовой категории, и был назначен перебой, после которого судьи тремя голосами против двух отдали победу Коготыжеву. Потом была победа Коготыжева над обидчиком нашего краснодарского богатыря по доскам и его выход в финал. А за ней – победа Тимура Гасташева пятью голосами после первого продления над его давним соперником – бойцом IFK Алексеем Гороховым, который не перестает удивлять своим спортивным долголетием и блестящей физической формой.
В итоге – «золото» без боя достается Коготыжеву, так как его друг Гасташев снят врачом по травме. «Бронзу» завоевывает Алексей Горохов, который уверенно взял верх над Йорданом Яневым.
Бои девушек я, к сожалению, почти не видел. В этом – одна из «прелестей» турнира, проходящего на нескольких татами.
А из того, что видел мне больше всего запомнился «золотой» поединок нашей Юноны Седракян с грозной Машей Лепиной из IFK.
 Поединок, словно бы срежиссированный талантливым режиссером, умеющим пощипать нервы. Тяжелейший бой. Ничья в основное время. После первого продления двое судей отдают предпочтение Лепиной, и мы на нервах стискиваем кулаки: уж очень хочется, чтобы Юнонка выиграла! Второе продление, и Юнона, поддерживаемая трибунами, постепенно переламывает ход боя, и в итоге уже только один судья отдает победу Лепиной. Весы… 5 килограммов разницы, и Юнона Седракян – чемпионка Европы!
Вообще, наши девчонки совершили чудо, завоевав «золото» во всех трех категориях! Ура!
Чемпионат еще раз подтвердил, что наши кумитисты бесспорно сильнейшие в Международной организации каратэ-до Кёкусин-кан и также бесспорно – одни из сильнейших всей планете!
Браво, ребята!

Соревнования в ката

В соревнованиях по ката события разворачивались вполне предсказуемо. Российская команда была вне конкуренции и завоевала все медали, хотя нам пришлось и немного поволноваться, наблюдая за тем, как судьи выставляют оценки. Несколько неожиданным получилось только итоговое распределение мест среди наших ребят, разошедшееся с прогнозом.
Соревнования показали, что у наших ближайших конкурентов – у Грузии и Казахстана – есть талантливые спортсмены, способные добиваться высоких спортивных результатов. Но, глядя на выступление чемпиона Европы 2006 года Гочи Самхарадзе, мы не могли не отметить то, как отстал он в знании техники, понимании требований к выполнению элементов ката. Наши коллеги слишком мало общаются с японскими сэнсэями, слишком редко бывают на международных школах. Понятно, что тому есть причины, но итогом становится неспособность конкурировать на международной арене. Со своим сегодняшним уровнем при компетентном судействе на чемпионате мира они не смогут бороться за медали.
Искреннее недоумение вызывает сохраняющаяся до сих пор сравнительно малая популярность соревнований по ката в других странах. Считаю, что это проистекает главным образом из непонимания руководителями и инструкторами того простого факта, что существует, как ни парадоксально, явная зависимость между результатами в соревнованиях по ката и по кумитэ.
Дело в том, что ката, при правильном применении, выступая упражнениями начального периода обучения, активно способствуют формированию правильных навыков и качеств, которые затем находят применение в кумитэ. Соответственно, при правильной постановке обучения ката детей, юношей, юниоров, они будут не только готовы к аттестациям на очередные пояса, но и приобретут такие навыки, которые смогут успешно реализовать и в кумитэ. Однако возможна правильная постановка обучения ката только при наличии в организации действительно знающих и опытных специалистов, каковыми и призваны становиться сильнейшие спортсмены по ката.
Впрочем, говоря о результатах в соревнованиях по ката, нужно опять вернуться к вопросу о судействе. Этот вопрос здесь самый больной, поскольку катист, по сути, отдается на волю судей, которых не проймешь безоговорочным иппоном.
К сожалению, до сего дня в соревнованиях по ката имеет место диктат и даже произвол со стороны японских судей, которые часто составляют большинство в судейских бригадах. Если в соревнованиях в Европе, где японские спортсмены не участвуют, это допустимо, то в соревнованиях с участием японцев такое судейство принято быть не может.
При этом я даже не имею в виду, что японские судьи занимаются намеренной подтасовкой. Скорее они являются заложниками собственного понимания каратэ.
До сих пор наши японские коллеги рассматривают каратэ Кёкусин не как вид спорта, а как традиционную и, подчеркну, японскую школу боевого искусства со всеми вытекающими последствиями. А это означает беспрекословное следование указаниям авторитета без даже попытки потребовать объяснения, почему такой вариант выполнения является правильным, а такой – неправильным.
Вдумайтесь. В Кёкусин-кан главным авторитетом в ката является сихан Окадзаки Хирото. Он – последняя инстанция. Как он сказал делать, так и нужно делать.
Но при этом сихан Окадзаки Хирото – это еще и главный судья всех крупных международных соревнований по ката, формирующий судейские бригады. И одновременно – тренер сборной команды Японии.
Поскольку японские судьи тренируются вместе со спортсменами на сборах, как мне это видится, возникает удивительная ситуация: на соревнованиях японские судьи оценивают не все компоненты подготовленности спортсменов, а только соответствие выполнения ката последним указаниям сихана Окадзаки на последнем сборе, просто не обращая внимание на те элементы или аспекты, на которых сихан не заострял их внимание.
Приведу самый характерный и поразительный, на мой взгляд, пример.
Накануне Чемпионата Европы 2008 года я показывал видеозапись выполнения ката Гэкисай сё японской чемпионкой Хитоми Кобаяси японскому судье Кунио Исидзава. На записи ясно видно, что первый блок ути-укэ спортсменка выполняет, не поворачивая голову в сторону блока – то есть в сторону атаки воображаемого противника, что она продолжает глядеть вперед. Совершенно очевидно, что таким образом защититься невозможно. Известно, что в боксе нокауты в большинстве случаев происходят о тех ударов, которые спортсмен не видел. Когда я указал на это сихану Исидзава и сказал, что Кобаяси не выполняет важнейшее требование мэцукэ – визуального контроля за действиями воображаемых противников, и что с такой грубой ошибкой она не должна была получить высокие оценки и стать чемпионкой Японии, сихан на полном серьезе ответил мне, что он никогда не слышал слова «мэцукэ» от сихана Окадзаки и потому не считает действия Кобаяси ошибочными. Когда же я в полном изумлении спросил, как же она может отбить удар, не видя его, сихан Исидзава на том же полном серьезе начал мне рассказывать, что занятия будо развивают «шестое чувство», и что мастер может защищаться и вслепую. Уточнив, что у сихана 5-й дан, я тут же попросил его продемонстрировать лично мне свое «шестое чувство», отразив мой удар вслепую. Но на это получил ответ: «Ну, я пока не достиг этого уровня…». Спрашивается: можно ли тогда оценивать выполнение ката обладательницей всего лишь 3-го дана Хитоми Кобаяси, исходя из того, что она-то явно уже обладает «шестым чувством»?
Содержание этого разговора я передал сихану Окадзаки, после чего в правила в требования оценки правильности выполнения ката было включение положении о мэцукэ… Это не может не радовать. Но ведь фундаментальная проблема так и осталась нерешенной.
Мне представляется очевидным, что до тех пор, пока японские судьи будут оценивать только соответствие выполнения ката последним указаниям главного авторитета, соревнования против японской команды будут вообще лишены всякого смысла, потому что никакая другая команда не может бы столь же близка к сихану Окадзаки, как японская, и не может, наравне с японской, получать его свежайшие указания.
Что же в такой ситуации делать? Отказаться от соревнований по ката вообще? Нет уж! Не для того наши спортсмены годами пашут на сборах, проходя и через боль, и через травмы, которые в ката отнюдь не менее редки, чем в кумитэ, чтобы просто капитулировать перед японскими традициями.
Решение в другом: надо добиваться неукоснительного соблюдения принципов и правил олимпийских видов спорта. Тем более, что мы, как официально объявлено, именно к олимпизму и стремимся.
И неважно, что для Японии лидерство в ката – по сути, последнее подкрепление претензии на право направлять международное развитие каратэ. Во всяком случае, давать в обиду своих ребят, как в ката, так и в кумитэ, у нас нет никаких резонов.

Афтершоки

Выше я написал, что порой воспринимал происходящее на Чемпионате как землетрясение. А, как известно ныне, у всякого землетрясения бывают остаточные затухающие толки – афтершоки.
Не обошлось без таковых и наше «землетрясение». Пардон – Чемпионат Европы Кёкусин-кан 2012 года.
Так, на популярном в кёкусиновской среде сайте «Superkarate» Андрей Цыганов опубликовал пасквиль в адрес Евгения Прохорова с заголовком «Главный судья первенства Европы ударил ребенка». В нем гость нашего турнира утверждает, что Евгений Юрьевич ударил мальчика за то, что тот недостаточно низко поклонился при церемониальном пожатии руки призеру.
Оставляя в стороне глумление над традициями Кёкусин-кан, которое постоянно позволяют себе отдельные не слишком культурные гости наших мероприятий, отмечу, что «борец за права детей» с одному ему известной целью исказил факты.
Евгений Юрьевич не ударил, а ткнул кулаком в грудь, не ребенку, а спортсмену 16 лет, участнику соревнований по контактному каратэ, имеющему, надо полагать, паспорт и обязанному отвечать за свои поступки. Ткнул так, что никто, кроме сердобольного публикатора новости, на этот эпизод даже не обратил внимания (включая находившегося рядом судью Дмитрия Соловьева), потому как юный каратист не упал, не пошатнулся и не заплакал (интересно, почувствовал ли?). Ткнул не за то, что ребенок не поклонился достаточно низко, а за ту площадную ругань, которую мальчик изрыгал в адрес судей и соперника, за то неуважение, которое он в своем субтильном возрасте имел нахальство проявить в отношении людей, старше и по положению, и по возрасту, и по разряду в том самом каратэ, которое он изучает.
Да, Прохоров мог дисквалифицировать спортсмена. И это было бы правильно с точки зрения буквы. И сердобольный защитник детей не смог бы написать: «Главный судья первенства Европы ударил ребенка».
Но уверен на все сто процентов, что тогда он написал бы иначе: «Главный судья первенства Европы дисквалифицировал ребенка за недостаточно низкий поклон».
Потому что значение, видимо, имеет не конкретный эпизод сам по себе, а тот яд враждебности, недоверия, убежденности в несправедливости чужих судей, в их сговоре, в пристрастности, в обмане, которым поражен Кёкусин, и которым отдельные инструктора щедро отравляют собственных учеников.
Это болезнь.
Тяжелая болезнь.
Яда очень и очень много...
Выздоровление будет нескорым…
Хочется верить только, что выздоровление наступит, несмотря ни на что, и что болезнь эта поразила на всех наших партнеров, которые сами дадут оценку поступку члена своей организации, направленному на подрыв наших партнерских и даже дружеских отношений.
Всё сказанное, конечно, только мое личное мнение. Хочу поблагодарить руководство Федерации, что мне была дана возможность его озвучить.
Хочу также еще раз поздравить всех чемпионов и призеров Чемпионата и оставшегося за пределами моего материала Первенства Европы!
Вы молодцы, ребята! Мы всем гордимся вами!

Алексей Горбылёв